Интеллектуальный партнёр рубрики — РВК
Диктатура будущего
МАРТ 2017



Наука не только докапывается до истины, она ещё и меняет мир. Диктатура будущего — раздел о том, что происходит с нами под влиянием эволюции технологий, которая делает нашу обыденную жизнь совсем не похожей на жизнь предыдущих поколений.
Флипы на подходе!

Помните флипы — летающие такси в «Гостье из будущего»? Крепнет надежда, что нам не придётся дожидаться 2084-го, в котором происходит действие фильма. В июле в Дубае (ОАЭ) собираются запустить первые такси-дроны. Беспилотник Ehang 184, разработанный управлени­ем дорог и транспорта Дубая совместно с китайскими инженерами, уже прошёл лётные испытания. Кабина оборудована сенсорной панелью — пассажир выбирает место назначения, и такси поднимается в воздух. Пока у летающего робота такие параметры:
Скорость: до 160 км/ч.
Грузоподъёмность: до 110 кг.
Время полёта: до 30 минут.
Высота: до 900 м.

Интеллектуальный партнёр рубрики
МАНИФЕСТ
Как человечество впадает в детство
Родители, обвиняющие детей в нежелании взрос­леть, могут подкрепить свои слова неплохой доказательной базой. Мы не просто стали дольше жить — удлиняются все периоды жизни. ООН недавно растянула период человеческой молодости до 45 лет.

Данные психологов говорят о том, что взросление замедляется. Например, недавнее исследование Лии Саммервилл из Гарварда показало, что способность поддерживать целенаправленное поведение в ­условиях конкурирующих побуждений всё реже формируется у людей младше тридцати. Или вот: по свежим данным социологов, мужчины начинают терять интерес к детским играм и занятиям в среднем с 42 лет. При этом 80 % женщин считают, что на самом деле мужчины не взрослеют никогда. Есть, конечно, подозрение, что недовольство женщин связано с тем, что раньше детское поведение вроде капризов было именно их привилегией — но легко ли оставаться инфантильной, если рядом с тобой не каменная стена, а такой же ребёнок?

Отчего же никто не желает взрослеть? Точнее, может, кто-то и желает, но в школе не повзрослеешь: это ситуация гиперопеки, и, несмотря на физиологическое созревание, школьник остаётся несамостоятельным просто потому, что продолжает сидеть за партой и выполнять задания учителей. Вуз мало чем отличается от школы: те же парты. Невозможно стать взрослым, не зарабатывая денег и не неся ни за что ответственности.

Самое интересное начинается дальше. Раньше двадца­тилетние заводили семью с детьми. Теперь ­первого ребёнка всё чаще рожают ближе к тридцати: ­хочется пожить для себя. В результате между условными 20 и 30 годами, между окончанием учёбы и началом семейной жизни появляется новый период — возраст экспериментирования, поиска себя в любви и карьере.

Это происходит во всём развитом мире. Психология новой возрастной группы ещё мало изучена, но, конечно же, в первую очередь ей предъявляют обвинения в инфантильности. Кидалты продолжают искать себя и избегают груза ответственности. Допустим, семьи они всё же создают, но чаще без детей — просто пробуют жить вдвоём, а потом разбегаются без трагических последствий.

Потом детей всё-таки заводят, становятся на ноги и в профессиональном смысле — вроде бы зрелость достигнута (приходится быть взрослым, раз больше некому). Но дети имеют свойство незаметно вырастать, и где-то между 45 и 60 снова обнаруживается terra incognita, неведомая земля нового возраста.

Раньше в это время наступала старость — лежи на печи, воспитывай внуков, жди скорой смерти. Теперь это нередко самый плодотворный период жизни: опыт есть, а серьёзных обязательств перед семьёй уже нет. И люди всё чаще снова идут учиться, осваивают новые профессии, меняют партнёра, ищут себя — словом, их поведение опять приобретает инфантильные черты.

Похоже, в новом расписании человеческой жизни расставание с детством вообще не предусмотрено. Раньше слово «взрослый» означало прежде всего «сформировавшийся». Но застывшая идентичность больше не выдерживает проверки временем: жизнь слишком быстро меняется, не позволяя нам оставаться неизменными.

Когда я дописывал эту колонку, научный мир обсуждал статью учёных МГУ о знаменитом (особенно ­среди читателей «КШ») нестареющем звере — голом землекопе. Биологи совместно с математиками приводят данные в пользу того, что необыкновенно долгая жизнь грызуна связана с его «застреванием» в детстве, — такой механизм называется неотения. В статье аргументирует­ся гипотеза, что неотения — это не только про голого землекопа, но и про «голую обезьяну». По многим признакам взрослые люди больше похожи на детёнышей обезьян, чем на их родителей: наш мозг может развиваться намного дольше, хоть всю жизнь. Другие приматы быстро взрослеют. Они сделали ставку на силу и ловкость, зато мы, вечные любопытные дети, намного дольше живём и всю жизнь учимся. Так что не бойтесь быть немного ребёнком — возможно, именно в этом наше главное эволюционное преимущество.

Андрей Константинов
Новости
Разнообразие человеческого вида, экзоскелеты и нейронное караоке
«Какими мы хотим быть через 100 лет?»
Хуан ­Энрикес, футуролог, управляющий директор Excel Venture Management.
«Перед нами встаёт важный вопрос. Появились технологии, позволяющие улучшить человека — так же, как мы меняем растения и животных. Но этично ли изменять человеческое тело, имеем ли мы право искусственно совершенствовать себя?

Давайте вспомним о протезах.

В прошлом это были элементы доспехов, замещавшие, например, потерянную в бою руку. Со временем они становились всё более функцио­нальными, а некоторые даже попали внутрь тела — искусственные суставы или водители сердечного ритма. Протезы вживляют в кости, кожу или мышцы.

Сейчас разрабатываются технологии прямого взаимодействия имплантатов с мозгом, такие как искусственные нервы, — они невероятно расширят способности человека. Наступает время задаться вопросом: "Какими мы хотим быть через 100 лет?" Идея улучшения человека многих пугает. В этой связи я бы напомнил слова лорда Мартина Риса, британского астронома: "Вселенная недоброжелательна к нам на все 100 %". Если оставить человека в космосе, он погибнет. Даже на Земле много раз происходили массовые вымирания, и очень вероятно, что глобальная катастрофа рано или поздно сметёт всё человечество.

Чтобы выжить, необходимо увеличить разнообразие нашего вида. Сложно будет колонизировать Марс или спутники Юпитера силами нынешнего Homo sapiens. Для того чтобы цивилизация стала межпланетной, нам потребуются радикальные изменения, такие как симбиоз с устойчивой к радиации бактерией, дыхание через кровяное русло, приспособляемость к иной силе тяжести.

Мы уже нащупываем инструменты, способные радикально преобразить человечество. Пример — эксперимент Флойда Ромсберга по изменению базовой химии жизни. Вся ДНК на планете создана четырьмя азотистыми основаниями: А, Т, Г, Ц. Поменяв этот набор на А, Т, Х, Y, можно создать параллельную живую систему. Если же вместо алфавита генома использовать ­ATГЦ + XY, то появляются 172 новых способа закодировать аминокислоты белков — 172 кирпичика, из которых мы построим форму жизни, способную заселить другие планеты.

Мне сложно представить, какими будут люди, — ясно одно: мы не только имеем право, но и обязаны изменить человеческое тело, увеличить разнообразие нашего вида, невзирая на страхи и объективные трудности. Только так мы сможем распространить цивилизацию на другие планеты и избежать вымирания».

Из выступления на конференции TED
Эра экзоатлетов
Холдинг РБК объявил лауреатов ежегодной премии за наибольший вклад в будущее страны. В ­номинации «Прорыв года» победа присуждена компании «Экзо­Атлет», созданной при участии учёных из НИИ ­механики МГУ. Разработанные ею экзоскелеты позволяют людям с ог­раниченными возможностями ходить, ­пользоваться лестницами, садиться и вставать без посторонней помощи.

Это первый российский стартап, команде которого удалось не только создать эффективный механизм подобного рода, но и пройти все сертификационные барьеры и получить регистрацию Росздравнадзора.

Экзоскелет — это внешний опорный каркас с приводящими элементами, которые обеспечивают движение в ситуации, когда мышцы человека не справляются с нагрузкой.
Нейронное караоке
В Университете Торонто разрабатывается система искусственного интеллекта Neural karaoke. Идея проекта в том, чтобы научить компьютер писать музыку, тексты песен и даже придумывать для них подходящие танцы.

Обучение начали с музыки: загрузили более ста часов аудио­записей — система прослушала их и стала генерировать простые мелодии. Затем взялась за танцы и песенные тексты. После анализа бесчисленных видео программа создала собственную базу слов и движений и научилась соотносить их с музыкой.

Так, «увидев» изображение украшенной ёлки, нейросеть сочинила забавную песенку о рождественской сказке, огнях и подарках. Конечно, эта композиция сильно уступает бессмертному хиту «В лесу родилась ёлочка», но уже недалёк тот день, когда мы будем заходить на YouTube-каналы любимых звёзд-роботов и голосовать за нейрошлягеры в музыкальных чартах.
ЦИФРА
30 триллионов

Столько тонн весит техносфера Земли. Чтобы оценить масштабы антропогенной деятельности, международная команда геологов «взвесила» часть экосферы, включающую в себя все созданные человеком объекты: от дорог до генно-модифицированных животных и растений. Учёные измерили площадь преобразованных территорий, а затем с помощью геофизических исследований оценили толщину и плотность объектов. Фактически перемножили объём на плотность.

Но за простой формулой стоит сложная проблема: трансформация человеком окружающей среды имеет побочные эффекты, такие как ухудшение экологической ситуации и изменение климата. Общая биомасса человеческого вида на пять порядков меньше объёма техносферы — самое время подумать, как не быть раздавленными тридцатью тератоннами последствий.

МЕЙКЕРЫ
Андрей Константинов
Как размножаются мейкеры
Наступает время цифровых ремесленников
Когда-то они обретались в домах пионеров и назывались самоделкиными, авиа- и судомоделистами, радиолюбителями. Потом словно вымерли — настала пора программистов и хакеров. Теперь мейкеры снова нужны миру — и на них будет ориентироваться инновационная экономика. Но откуда их взять?
Гаражный этап роботостроения
// Санкт-Петербург, кампус СПбПУ
В питерском Политехе открывают фаблаб. Помещение напоминает школьный кабинет труда из будущего: 3D-принтеры, станки лазерной резки… Журналисты не понимают, зачем сюда свезли столько народу. Ребята-технари объясняют, что «фаблаб» — это от английского fabrication laboratory — производственная лаборатория. Здесь любой политеховец может что-то смастерить. Аналогичные фаблабы открываются один за другим по всей стране. Зачем?

Объясняет Игорь Агамирзян, эксперт в области информационных технологий, вице-президент НИУ «Высшая школа экономики»:

— Отрасли производства, меняющие мир: автомобилестроение, гражданская авиация, персональные компьютеры, интернет, мобильная связь — на первых порах развивались сходным образом. Сначала они проходили так называемый гаражный этап — это когда практически на коленке делают первый автомобиль или компьютер и прорываются в лидеры рынка. На втором этапе рынок уже поделён между ограниченным числом крупных игроков. К сожалению, в России этап «гаражных лидеров» в IT-индустрии безнадёжно упущен. И сейчас очень важно не упустить гаражный этап в роботостроении.
Начинаю понимать: фаблабы нужны для революции. В девяностых наш мир изменили компьютеры, в нулевых — сотовая связь и интернет. В скором будущем это должны сделать роботы.

— Цифровое оборудование делает экономически выгодным отказ от массового производства и возврат к «индивидуальному пошиву» на новой технологической базе, — продолжает Агамирзян. — Это повышает роль малого бизнеса. И если технологически он будет оснащён не хуже крупного, то нас ждёт расцвет «бутиковой» модели производства.

Получается, речь не просто о смене индустриальных технологий, а о новой экономике, где каждый будет конструкторским бюро и заводом в одном лице. Но для этого нужно найти или вырастить первопроходцев. Чтобы обучить и подготовить их, открывают фаблабы. А вот где взять таких героев в достаточном количестве? Как их размножить?
Финикс. Финал конкурса Intel ISEF. Школьный проект. Голова этому роботу ни к чему, хватит и того, что он умеет шагать.
Поколение мейкеров
// Рим, международная ярмарка MakerFaire
— Мейкеры — это наша нефть! — гордо заявляют организаторы фестиваля MakerFaire.

Этого «золота» здесь хватает. Всё пространство кампуса Римского университета Ла Сапиенца усеяно шатрами со стендами и лавочками мейкеров. Даже врата местной церкви украшает плакат с изображением Творца и фразой: «Я был мейкером задолго до того, как это стало модно».

Здесь есть всё — от принтера, печатающего шоколадные конфеты с разной начинкой, до почти настоящих ракет. На MakerFaire можно встретить и первых представителей следующего гаражного поколения — биохакеров, тех, кто программирует живые объекты, меняя их гены.

По здешним лабиринтам меня водит Алексей Николаев, директор программы Intel по работе с вузами России и развитию технологического предпринимательства. Алексей читает в МГУ им. М. В. Ломоносова курс лекций, развивающий мейкерский подход к жизни. Студенты сами придумывают, над какими проектами им работать.

Алексей объясняет, что мейкеры — это преемники инженеров 70-х, которые с энтузиазмом осваивали компьютеры. Благодаря их любопытству возникли текстовые редакторы, таблицы для работы с данными, компьютерные игры.

— А нынешнее поколение должно придумать удобные модели использования робототехники? — спрашиваю я у Алексея.

— Да. Например, нужно сделать комфортной и простой в использовании носимую электронику. Захотят ли люди в будущем пользоваться фитнес-трекерами, умной одеждой? Этого мы пока не знаем. Зато у технических энтузиастов есть поле для экспериментов. Как говорят в Intel, «нас ограничивают не технологии, а уровень нашей фантазии».

Считается, что цифровые ремесленники возникли в результате слияния двух субкультур: хакеров и тех самых самоделкиных. Как писал Крис Андерсон, редактор журнала о компьютерных технологиях Wired, «мейкеры работают с физическими атомами так же, как хакеры с битами информации». Андерсон первым заявил, что дешёвые технологии быстрого прототипирования предвещают новую индустриальную революцию.

— Можете нарисовать портрет типичного русского мейкера? — продолжаю допрашивать Алексея.

— Чаще всего это студент, который получает техническое образование. Он интересуется программированием, роботами, новыми вычислительными платформами, носимой электроникой, интернетом вещей. У него хорошие инженерные навыки и творческая жилка.
95% участников мейкерских групп в соцсетях имеют техническое и естественно-научное образование.
Важен совсем не талант
// Москва, конкурс «Учёные будущего» в МГУ
Учащиеся со всей России демонстрируют свои изобретения и исследовательские проекты. Рассматриваю чертёж: в это трудно поверить, но школьница нашла способ повысить КПД автомобильного двигателя. Оказавшийся рядом старшеклассник предлагает примерить сконструированные им очки дополненной реальности.

И всё-таки откуда берутся люди, способные создавать новое? Ведь школа озабочена подготовкой к ЕГЭ, а не развитием творческого мышления.

Прежде всего благодаря таким конкурсам, как «Учёные будущего», «Юниор», «РОСТ», «Шаг в будущее», Балтийский научно-инженерный конкурс. Их победители отправляются на главный мировой смотр научно-инженерных работ школьников ISEF, ежегодно проводимый корпорацией Intel.

— Главное качество, которое воспитывают подобные конкурсы, — целеустремлённость, умение пробивать лбом бетонные стены, когда вся голова давно в синяках. Именно это качество, как мне кажется, является главным для предпринимателя, — делится опытом Василий Дьяченко, победитель ISEF‑2006, ныне успешный бизнесмен-инноватор. — Для победы здесь важен не талант — кропотливая работа и бессонные ночи.

— Главное — упорство, — соглашается Павел Курбацкий, выпускник гимназии № 1 города Армавира, призёр ISEF‑2013. — Мой проект не только технический, но и социальный. Идея возникла, когда я работал волонтёром в интернате для слабовидящих. Как и сто лет назад, они «смотрят» на мир с помощью трости — даже на пешеходном переходе им никто не помогает. Но ведь на дворе XXI век, почему им недоступны достижения техники? И я решил сделать для них помощника. Моя трость-поводырь сканирует пространство на трёх уровнях — головы, пояса, стопы — и оповещает о расстоянии до препятствий. В трость вмонтирован модуль GPS, так что человек может создавать пространственные голосовые метки. Если он потеряет ориентацию, трость назовёт три самые близкие: например, «Дом», «Поликлиника» и «Сквер». Ещё один важный модуль — проблесковые маячки: если три раза поднять трость, она начнёт светиться, делая человека более заметным на дороге в тёмное время суток.
Рим. Робот перережет красную ленточку — и Maker Faire откроется.
Олимпиада для мейкеров
// Финикс, Аризона, финал конкурса ISEF
ISEF — это почти как вручение нобелевских премий. Школьникам. Среди членов жюри и правда попадаются нобелевские лауреаты.

В огромном зале свои работы представляют подростки всех цветов кожи из всех уголков мира. Есть и ребята из России. Например, Илья Тужилин тоже решил помочь незрячим: на полях обычной шляпы он установил ультразвуковые сенсоры, собирающие информацию об окружающем пространстве, и моторчики, которые заставляют головной убор вибрировать с разной частотой — в зависимости от расстояния до препятствия. Микроконтроллер обрабатывает полученные данные. Получается, что шляпа рассказывает голове обо всём, что «видит».

Мы бродим вдоль стендов с Сергеем Сергеевым, физиком, доцентом МГУ, директором конкурса «Учёные будущего» и единственным русским членом жюри ISEF.

— Успех здесь процентов на шестьдесят зависит от того, как вы представите работу публике, — объясняет он. — Дети проходят отличную школу самопрезентации. Они стоят перед стендами и привлекают внимание к своим работам. Задача — сделать так, чтобы люди не проходили мимо.

— Дают о себе знать особенности менталитета?

— Мы представляем свои работы слишком академично, а здесь нужно действовать как адвокат из голливудского фильма: делать из выступления шоу. Ещё здесь немного иначе, чем в России, строят отношения со старшими. Американский школьник относится к судье как к специалисту, который может дать полезный совет. А для нашего ребёнка судья — это господь бог, который карает и милует.

Объявляют победителей. Главный приз — премию Гордона Мура в размере 75 тысяч долларов — получает 18-летний Хан Цзи Вонг из Канады за генетическую модификацию кишечной палочки, превращающую её в высокоэффективный топливный элемент. Это уже биохакинг — следующая волна гаражного творчества… Теперь именем Вонга назовут одну из малых планет.
Сингапур. Русские мейкеры смастерили шагающего робота из подручных средств в местном мейкерспейсе.
Вы тоже мейкеры
// Мейкерспейс в Сингапурском центре дизайна
— Невозможно изучать 3D-принтинг как школьный предмет. Инструмент — его надо применять в деле, — учит нас Боб Нг, темнокожий индус, чем-то напоминающий советского учителя труда из моего детства. Лидеры российских мейкерских сообществ, приехавшие в Сингапур перенимать опыт, слушают его, сидя за верстаками.

У этого города-государства, расположенного на островах у экватора, нет никаких ресурсов. Даже воду заку­пают в соседней Малайзии. В Сингапуре пять миллио­нов человек — взрывоопасная смесь китайцев, малайцев и индусов. Плотность населения чудовищная. А уровень жизни один из самых высоких на планете. Школьное образование, по данным наиболее авторитетного в этой области рейтинга PISA, лучшее в мире. И движение мейкеров в Сингапуре очень развито. Почему? Не претендую на исчерпывающий ответ, но мне показалось, что главная причина успеха местных школ не в них самих, а в мотивации учеников и родителей, поддерживаемой на всех уровнях. Образование здесь ключевая ценность.

— Как мы стали такими крутыми? — продолжает Боб. — Эту возможность нам подарил интернет. Нам не нужны фабрики, ведь если есть интернет, они могут быть где угодно. Мы продаём идеи, поэтому и считаемся «смарт нейшн» — умной нацией.

— Это что-то вроде национальной идеи, — тихонько поясняет живущая в Сингапуре переводчица. — До этого они уже были «инновейтив нейшн» и «криэйтив нейшн».

Что ж, не самая плохая национальная идея. Становится понятнее, почему здесь так успешно размножаются мейкеры и так хорошо учатся дети.

— Как научиться решать неведомые пока проблемы, которые поставит перед нами будущее? — ораторствует Боб. — Мейкерство — универсальный путь, он даёт веру в себя, инструменты и навыки решения технических задач.

Боб, по сути, и есть увлечённый учитель труда, вокруг которого всегда вертятся мальчишки. Со времён моего детства инструменты творчества изменились, а радость, которую оно приносит, осталась прежней.

— Сейчас все хотят быть дизайнерами, — жалуется он. — Я говорю маме, что инженер, чтобы ей было спокойнее. А друзьям представляюсь как дизайнер. Пусть думают, что я крутой.

— Эх, нам бы их аппаратуру — мы б такого понаделали! — вздыхают россияне, глядя на школьные поделки. Они не отличаются оригинальностью. Всё-таки фантазия важна не меньше техники.

Гуляя по городу, выходим к уличному рынку с вывеской MakerFaire. «Вот это да, как же нас не предупредили о таком событии!» — удивляемся мы, но вскоре видим, что на рынке продаются не умные штуковины, а всевоз­можный, абсолютно нецифровой хендмейд: мыло, украшения и прочая кустарщина. Ещё в Риме мне говорили, что скоро каждый захочет быть немного мейкером, как когда-то все мы, освоив компьютеры, стали немного хакерами.

Вернувшись в центр дизайна, жалуюсь мастерящему что-то мальчишке, что скоро мейкерами будут называть всех, а не только тех, кто умеет паять.

— Конечно. Вы тоже мейкер, — неожиданно говорит он. — Даже когда просто завариваете кофе.
82% участников мейкерских групп в соцсетях — мужчины.
В начале было дело
// Москва, гимназия № 1540
Вечер. Иду по школе, где веду кружок журналистики. Дверь одного из кабинетов открыта. В помещении, оборудованном как мейкерская мастерская, старшеклассники собирают робота, способного поднимать разбросанные предметы. «О, и здесь размножаются мейкеры!» — думаю я и захожу в класс.

Объясняю мальчишкам, что они цифровые ремесленники. Никто не возражает.

— Вы такие креативные только на кружке или в обычной жизни тоже?

— Да у нас так много этих кружков, что на обычную жизнь времени не остаётся! — отвечает за всех старшеклассник Платон. — Но вообще я занимаюсь монтажом видео, пытаюсь сочинять музыку, пишу программы. Есть люди, которым интересна именно робототехника, а мне просто нравится что-то создавать и видеть потом результат своей работы.

Кажется, в этом и есть мейкерский подход к жизни — творить реальность своими руками.
Типажи мейкеров
// Выделены на основании исследования мейкерского сообщества Перми
Лидеры. Организаторы, основатели мейкерспейса. Пропагандируют идеи сообщества. Социально активны, выступают «технологичес­кими брокерами», связывая мейкеров с бизнесом и вообще с внешней средой.

Мейкеры — члены команды. Не имеют собственных проектов, но присоединяются к чужим. Основной мотив — изобретать, что-то делать, быть частью сообщества.

Мейкеры-­разработчики. Имеют свои проекты, наце­лены на результат, ­готовы предпринимать шаги в сторону коммерциализации проекта. Подбирают команды.

Мейкеры-инвесторы. Предприниматели, которые располагают финансовыми ресурсами и разделяют идеологию сообщества. Хотят быть его частью, готовы помогать деньгами и административно.

Эпизодические мейкеры. Разделяют идеологию, готовы прийти, если их позовут на мероприятие. Когда подключаются к проекту, могут перейти в разряд постоянных мейкеров.

Источник: материалы доклада «Мейкерство как социально-­экономический феномен» Центра исследований госуправления Европейского университета в Санкт-Петербурге при поддержке ­Intel и РВК.
Мужская сфера
// Главные выводы из исследования сообществ мейкеров
1. Интерес к мейкерству развивается в детстве. Все респонденты отмечали, что интересовались техническим творчеством ещё в школе.

2. Мейкерство — мужская сфера деятельности. Женщины чаще следят за оборудованием, занимаются PR и маркетингом.

3. Развитие мейкерской площадки зависит от лидера — именно он формирует стратегию её развития.

4. Для плодотворного развития сообщество должно иметь системного интегратора, социальный капитал которого на порядок больше, чем у рядовых мейкеров.
РАБОТА БУДУЩЕГО
Работа будущего
Какие профессии и умения окажутся самыми востребованными в 2020 году?
Евгения Руссиян, Андрей Константинов
Что требуется от хорошего работника? В лохматой древности главными качествами были физическая сила, ловкость и выносливость. В эпоху королей и рыцарей ценились крестьянское терпение и искусность ремесленников. Потом случилась индустриальная революция. Цеха, машины, механизмы… На первый план выходят дисциплина и аккуратность. А что важнее всего в информационную эпоху? Мы в ней только осваиваемся и пока довольно смутно представляем, как преуспеть в мире, где главный ресурс — информация.

Цифровая революция уничтожает одни специальности и рождает другие так быстро, что сложно делать честные прогнозы занятости на десятилетия. Можно, конечно, предположить, что лет через пятьдесят самыми престижными будут профессии менеджера космического туризма и редактора человеческого генома. Но достоверности в этих предсказаниях порой не больше, чем в научно-фантастическом романе. Всерьёз можно говорить только о ближайших годах. Вот, например, эксперты Всемирного экономического форума в прошлом году выпустили «Доклад о будущем работы» (The Future of Jobs Report), в котором рискнули спрогнозировать тенденции на рынке труда до 2020 года.

Оказалось, что ключевой тренд — это вовсе не роботы, отбирающие у людей рабочие места. Большинству сфер занятости угрожает не безработица, а кардинальное изменение требований к знаниям и навыкам работников.

Так что, если хотите преуспеть в цифровом мире, стоит внимательно изучить выводы доклада, смириться с тем, что учиться придётся всю жизнь, и подумать, как повысить свою квалификацию.
Made on
Tilda